Вернуться к обычному виду
Поиск родственников и составление своей родословной

Золотые звезды Калиненцев

Книга памяти Тверская область

вакансии Весьегонского района



перейти на сайт министерства

Подать идею для развития и улучшения жизни района

Перейти на сайт газеты"Весьегонская Жизнь"

перейти на страницу проекта "Сохраним Мологу для потомков"



Обобщенный банк данных содержит информацию о защитниках Отечества, погибших и пропавших без вести в период Великой Отечественной войны и послевоенный период.

перейти на сайт

Перейти на сайт ассоциации



перейти на сайт

Былина о Фёдоре Морине

Былина о Фёдоре Морине

Былина, посвящённая столетию
со дня рождения Героя Советского Союза,
жителя Сонковского района,
Фёдора Морина
Ой вы, храбрые бойцы-пограничники,
Пограничники заставы семнадцатой!
Как про вас былину сложили мы,
Мы сложили её на старинный лад,
Чтобы помнили люди добрые
Про героев своих да про защитников.

Как задумал фашист окаяннЫЫй,
Подчинивши себе пол-Европы уж,
Захватить ещё и Расеюшку,
Как Расеюшку, да нашу мать-землю.
И для этого Гитлер-злодей
План блитцкрига тайком разработал,
Пакт нарушил о нЕнападении.
И когда из-за дальних лесов, из-за синих гор,
Тучи серые разгоняючи, поднималася заря алая,
На заставу-то Фёдора Морина
Не гроза и не буря обрушилась,
То фашистская артиллерия забабахала неожиданно,
Загудели немецкие мессеры,
И из брюха их бомбы посыпались.
Начиналась так очень страшная,
Очень долгая и бесчеловечная
Смертью пахнущая война.

У заставы рвалися снаряды,
Проносилися возле мины,
И вздымалась земля, словно смерчи,
Вверх взлетали деревья с корнями,
Загорались кострами постройки,
Ржали кони в горевшей конюшне,
И металась овчарка скуля.
Уж валялись тела убитых,
И стонали от ран бойцы.

Скоро кончилась артподготовка-то,
И тогда-то цепями плотными
Фрицы в полный рост и с улыбками
На заставу в атаку двинулись.
Не могло им прийти в дурьи головы,
Что застава будет сражатИся,
Что бойцы наши так любят Родину –
Не отступят они ни на пядь земли,
Что любовь их к отцу и КО матери,
К жёнам, сёстрам и детям малЫИм,
Что любовь их к простору бескрайнему,
КО родным КО берёзам КО русскиИм
Даст им силушку богатырскую;
Что потомки они Ильи Муромца,
И Нахимова, и Суворова.

Ощетинилась заставушка штыками,
Ощетинилась стволами пулемётными;
Гнев и ярость сердца переполнили.
И у Морина обличье изменилосЯ:
В голубых его глазах горела ненависть,
На лице его была печать решимости,
Густы бровушки сошлись на переносице.
Приказал он бойцам ждать сигнал его,
Ну, а сам-то он к пулемёту прильнул.

Автоматы к животам своим приставивши,
Немцы в сером, словно крысы, приближалися.
А и нагнано их было аж черным-черно,
А и черным-черно, как чёрна ворона.
Только встретил их огонь губительный,
И, как скошена трава, упали первые,
Посылая, корчась, ругань и проклятия.
Создалася в стане вражеском тут паника,
Словно вспугнутый табун, фрицы рассыпались
И попрятались в канавах и кустарниках.


Ой, как нашим ждать подмоги было неоткуда,
На свои лишь надо силушки рассчитывать
И собрать надо в кулак своё всё мужество.
Фёдор Морин тут и молвил таковы слова:
«Ой же гой, мои товарищи любимые,
Гой же ты, моя дружинушка хоробрая,
Постоим мы за Отечество любимое,
Пока живы мы, фрицам нет пути!»

А фашисты-шакалы, не мешкая,
Уж вторую атаку тут начали.
Только шли они теперь перебежками.
Миномёты их активно поддерживали.
Мать-земля наша от взрывов содрогалася,
Серый дым всё заволок кругом.

Кто сказал, что смелый пули не пугается?
Кто сказал, что смелый смерти не пугается?
А и смелым жить очень хочется,
Но любовь к Отчизне смерти всё ж сильней.
Встречь фашистам застреляли пограничники,
И выкашивали они многиИх захватчиков.
И лежала немчура уже увалами, ох, увалами-перевалами.
Но редеют и ряды самих защитников,
Хоть сражались даже те, что были ранены;
СаНпакетов нет и нет бинтов у них-
Ведь аптечка в той казарме, что разбитая.
Перевязывали раны лоскутами-то,
Что от прОстыней или белья были оторваны.

Само страшное меж тем уж надвигалося:
На исходе были все боеприпасы-то,
И вода для пулемётов уж кончалася,
Без неё того гляди стволы-то бить откажутся.

Немчура уже в тылу вдруг оказалася.
Окружили всю заставу стервятники.
Но спокоен лейтенант Фёдор Васильевич:
«Мы покажем им, что значит к нам соватися!»
И спокойствие в защитников вселилося.
И хоть молодцев в живых мало осталося,
Оборону круговую бойцы заняли.
На врагов вдруг посыпались гранаты,
Затрещали пулемёт и автоматы.
С криком диким вороги попадали
И уже не поднимали больше гОловы.
Что успели убежать, в кустах попрятались.

Только новая беда пришла к защитникам:
Вот уже боеприпасы все закончились.
И со всех сторон враги остервенелые
На заставу собралися вновь напасть.
И тогда, не дожидаясь нападения,
Морин крикнул: «Все за мной, мои товарищи!»-
И с гранатою на бруствер он выскочил.
Закидали фашистов гранатами,
И опять их далёко отбросили.

Контратака ой как дорого оплачена:
Возвратились из неё лишь только восьмеро...
Отступать чтоб – они и не думали,
Ну, а сдаться чтоб в плен – и тем более.
Обнялись-то они все на прощание,
Понадели-то фуражечки зелёные
И, поднявши гордо свои головы,
Закопчённые, с повязками кровавыми,
На смерть верную в атаку последнюю,
Развернувшись, с винтовками двинулись.

А фашисты, как героев увидели,
Перестали стрелять: они подумали,
Что восьмёрка, исугавшись, сдаётся им.
И тогда прозвучал голос Морина:
«В бой за Родину, верные соколы!»
Расстрелявши патроны последние,
Со штыками на фрицев накинулись.
Земля трупами немцев усеялась.
Но две пули впилися и в Морина.
Весь в крови, пистолет он сумел навести,
Сделал выстрел, и рухнул он замертво.

Ещё долго глумилися изверги
Над лежащими без сознания:
Долго били от ружей прикладами,
С наслажденьем штыками кололи их,
Сапогами топтали безжалостно,
Мстили им, что границы защитники
Все погибли, оставшись несломленными.

Ой вы, храбрые бойцы-пограничники,
Пограничники заставы семнадцатой!
Как про вас былину сложили мы;
Мы сложили её на старинный лад,
Чтобы помнили люди добрые
Про героев своих да про защитников.
Мы вам славу поём, славу вечную.