Вернуться к обычному виду
Поиск родственников и составление своей родословной

вакансии Весьегонского района

Перейти на сайт газеты"Весьегонская Жизнь"





перейти на сайт

перейти на страницу проекта "Сохраним Мологу для потомков"

Подать идею для развития и улучшения жизни района

Золотые звезды Калиненцев



Книга памяти Тверская область

перейти на сайт

Перейти на сайт ассоциации

Обобщенный банк данных содержит информацию о защитниках Отечества, погибших и пропавших без вести в период Великой Отечественной войны и послевоенный период.

перейти на сайт министерства

КАМЕНЬ

КАМЕНЬ

ПАМЯТИ МОНАХИНЬ ТРОИЦЕ – ПЯТНИЦКОГО МОНАСТЫРЯ, положившим начало поселению КАМЕНЬ.

Захотев «паломниками» быть,
Камень мы решили посетить.
Был у нас идейный вдохновитель,
В день похода – наш руководитель.

Позабыв, как видно, о дороге,
Покидав в котомку только снедь
И сказав себе: « Ну что же, с Богом»,-
Сапоги кой-кто забыл надеть.


Автобус был, конечно, другом:
С ним мы пеший сократили путь.
Далее тропа ведёт по лугу,
Сыро, аж за кустик не шагнуть.

Наконец мы добрались до леса.
Он порою чист, порою глух,
Из ветвей над головой завеса,
Птичье пенье не тревожит слух.

Ну, а леший, думаю, в волнении:
«Люди нарушают мой покой!
Ведь идут в отличном настроении…
Что им надобно в глуши такой?!»

Гид ведёт людей без остановки:
Что ей эта узкая тропа!
В этом деле у неё сноровка –
В пятый раз в сезон ведёт, наверняка.

На развилке видим указатель:
Видно, раньше кто-то здесь плутал,
И потом какой-нибудь старатель
Путь на Камень стрелкой указал.

А тропинка то по суху вьётся,
То сочится влагою порой.
Гид тихонько про себя смеётся –
Растянулся экскурсантов строй.

Вот достигли края поселенья…
И опять (уже в который раз)
Начала Даниловна с волненьем
О монастыре и тех, кто жил, рассказ.

«Как смогли 140 инокинь-монахинь
Семиглавый храм здесь возвести?
Трудностей испили полной чашей,
С божьим именем сумели всё снести.

Жизнь кипела в мастерских и в поле.
Содержали множество коров,
И иной им не хотелось доли:
Был и храм, и труд, и хлеб, и кров.

Шили золотом иконы и лепили кирпичи.
Монастырское начальство не лежало на печи:
Одинаковые кельи, одинаковый обед –
Настоятель иль монашка – никаких различий нет.

Но конец его уж близко,
Новой власти слышен шёпот,
Призрак коммунизма рыскал
На Камню, а не в Европе.

В одночасье всё переменилось –
Власть решила: храму не бывать!
Не пристало верить в божью милость,
На себя лишь надо уповать!

Монастырь закрыли, позже распустили,
А монашек-то куда ж девать?
Чтоб советской власти не вредили,
Порешили их арестовать.

А потом коммуну здесь создали…
Всё, что монастырь имел,
Коммунары быстро промотали,
И остались сами не у дел.

А в войну свезли сюда детишек,
Потерявших и родных, и дом.
Так на Камне стал соседом мишек
Косолапых – Каменский детдом.

Ну, а позже был здесь интернат
Для отсталых умственно ребят.
А потом, с 70-ых лет,
И следов жилья на Камне нет.»

Так закончила экскурсовод рассказ,
Чем повергла в изумленье нас.
Как же власти быстро так смогли
Плод труда людей стереть с лица Земли?

Мы к святому камню подошли,
Пять иль шесть свечей на нём зажгли,
В углублении увидели водицу,
Той водой умыли свои лица,
Далее, держась за ветки,
Мы к реке спустились Суховетке
И, водой наполнив котелки,
Выбрались на бережок реки.

Мы гуськом по «улице» идём,
Гид нам объясняет, где стоял чей дом.
В голову невольно приходило:
Неужели жизнь ключом здесь била?

К храму нас ведёт дорога…
Ах, простите ради Бога,
Говорила ведь, что ныне
Храма нет уже в помине.
Холм небольшой на месте том
Да табличка под кустом.

И погост мы посетили,
Поклонились тем, что жили
Здесь, на Камне… В ту пору
Ждали нас уже к костру.

Дело в том, что наш водитель
(он ухи большой любитель)
Вмиг костёр соорудил
И уху для нас сварил.

Дождик нас мочить пытался
То ли пять, то ли семь раз –
Чей-то плащ и чей-то зонтик
И костёр, и уху спас.

Ох, и вкусная ушица!
Не мешало б … причаститься…
К сожаленью, как на грех
Только сок с собой у всех.
Сок разлили по стаканам,
Оказалось: сок-то пьяный!

А еды на «самобранке»!
Винегрет в стеклянной банке,
Овощи из огорода –
Всё, что дарит нам природа.

Под колбаску и сырочек
Хорошо принять глоточек,
Помянуть и помолчать…
Что ж, пора и убирать.

Заливаем костровище,
Для зверей - остатки пищи:
То-то будут пировать!

Что же мы за супостаты?!
Никогда не будем мы богаты,
Коль святыни не умеем чтить
Да и память не хотим хранить.