Вернуться к обычному виду




вакансии Весьегонского района

перейти на сайт

Поиск родственников и составление своей родословной

Подать идею для развития и улучшения жизни района



Золотые звезды Калиненцев

перейти на сайт

Обобщенный банк данных содержит информацию о защитниках Отечества, погибших и пропавших без вести в период Великой Отечественной войны и послевоенный период.

Книга памяти Тверская область

Перейти на сайт газеты"Весьегонская Жизнь"

перейти на сайт министерства

Перейти на сайт ассоциации

перейти на страницу проекта "Сохраним Мологу для потомков"

Весьегонский "Униколоссавр"

Весьегонский "Униколоссавр"

Каждое лето к нам приходят экскурсионные теплоходы и для путешественников проводятся экскурсии по городу. А знаем ли мы, горожане, историю нашего города? Знаем ли мы что-то о людях, чьи имена носят названия улиц, и о тех, чья память увековечена мемориальными досками? Чтобы гордиться своим «лучшим городом на Земле» (спасибо за замечательные фотографии-виды Весьегонска Волгиной Е. и фотографу-летописцу с невесьегонской фамилией – Каменецкому), мы должны знать его историю, как собственную биографию, знать не только имена наших земляков, часто неординарных личностей, но и интересные факты из их жизни. Думаю, не у всех настольными книгами являются или стоят на видном месте в книжном шкафу двухтомник «Весьегонск. Вехи истории» Б.Ф.Купцова, массивный словарь-справочник «Весьегония» Г.А.Ларина, трёхтомный краеведческий альманах «Весьегония»… Мне кажется, настало время отделу культуры, привлекая краеведов, работников архива, библиотеки, музея, разработать схему маршрутов (именно маршрутов, а не маршрута!) по городу для людей всех возрастов начиная с младших школьников.
Начнём?
На углу ул. Степанова/Кирова стоит ветхий двухэтажный дом с мемориальной доской, гласящей, что здесь жил Борис Андреевич Расцветаев. Именно этого человека столичный корреспондент Синицына Л.А. назвала «Униколоссавром», и очерк о нём (впервые опубликованный в журнале «Дружба народов») открывает первый том краеведческого альманаха. Это о нём, предваряя публикацию буквально спасённого, обработанного и подготовленного к печати дневника Б.А Расцветаева тоже уже ушедший из жизни бескорыстный и неутомимый краевед М.М. Верхоланцев писал: «Иногда мне казалось, что я копаюсь в бумагах гения. Наряду с тысячами страниц дневников и литературных произведений встречались работы по математике, механике, философские работы …
Я чувствую себя виноватым – я не помог Расцветаеву при его жизни. Хотелось бы искупить часть своей вины перед ним тем, что попытаюсь донести память об этом великом человеке до будущих поколений …»
Давайте присоединимся к этому благородному начинанию.
Родился Борис Андреевич в интеллигентной семье, но в силу обстоятельств не смог получить должного образования. Природа наделила его многими талантами, которые, увы, из-за тех же обстоятельств не смогли получить должного развития. Он так писал о себе: «И я стал бы максимально полезен, если бы мне дали надлежащее развитие. Я художник отличный, но недоразвитый, писатель, хорошо умеющий выражать мысль, но не имею тренировки, музыкант-пианист, но неграмотный и не имеющий школы. Везде, во всём самоучка…»Да, он был во всём самоучкой: самоучка-изобретатель, самоучка-писатель, самоучка-художник, самоучка-музыкант… Из всех обстоятельств, формирующих человека, важнейшее - собственное сознательное отношение к собственной жизни, к собственным мыслям и планам, и прежде всего – к собственным действиям. Вся жизнь Бориса Андреевича – непрерывный труд самосовершенствования, самовоспитания.
Уже в детстве Борис отличался от сверстников своей страстью к технике... На всю жизнь он пронёс любовь и благоговейное отношение к железной дороге и паровозам. Он «глотал» книги про паровозы и двигатели и мечтал оказаться возле этих замечательных машин и управлять ими. Он считал труд кочегара самым важным и потому к своим обязанностям кочегара относился с величайшим тщанием. Его поражало, как вообще можно работать без интереса.
Впрочем, Борис Андреевич относился чрезвычайно ответственно к любой порученной ему (и не только порученной) работе… А работал он и механиком, и тапёром, и художником, и учителем рисования и черчения. Тут стоит сделать некоторое отступление, чтоб сказать несколько слов о Борисе-Андреевиче-учителе. Был он мягкотелым человеком, дисциплины на уроках не было никакой. Однако проявлял твердость при постановке оценок за чертежи, выполненные на уроке, и за домашнее задание, на выполнение которого иногда уходил весь выходной (а он был только один). Черчение для многих было просто мукой: технические чертежи деталей выполнялись в трех проекциях вначале карандашом, потом, после проверки, на другом листе - рейсфедером черной тушью. Никаких подчисток не допускалось. Зато все мы умели (лично мне это потом на каждой работе пригождалось) владеть печатным пером, а те, кто поступил в технические вузы, не знали проблем с техническими чертежами. Кстати, план насаждений возле школы и в сквере возле кинотеатра составлял тоже Борис Андреевич.
Итак, художник-самоучка, художник – примитивист. Что изображал он на своих картинах, написанных карандашом или гуашными красками на дешёвой бумаге? В ранних работах – фантастические сюжеты, позже – бытовые темы, а в конце жизни – пейзажи.
Будучи страстным книгочеем (перечень авторов и жанров произведений огромен), Борис Андреевич овладел хорошим литературным слогом и, обладая пытливым умом и зорким глазом, мог бы стать большим писателем. Кстати, порой он неосознанно использует приём, типичный для А.Платонова, стремившегося подчеркнуть несуразности жизни - соединение словесных штампов с обычными словами: «Все живут каким-то бессмысленным смыслом». По собственным подсчётам Бориса Андреевича, к началу 1942г. он написал более 40 повестей и рассказов. Сюжеты некоторых из них тоже фантастические. Может быть, именно мечтательность, умение уйти от серой действительности в мир грёз помогало Борису Андреевичу выживать порой в невыносимых обстоятельствах (всю жизнь его преследовали жесточайшие материальные трудности).
Кто-то из великих сказал: «Это мечтатели вращают планету». Да, порой эти люди кажутся обывателям нелепыми, смешными именно потому, что непохожи на них самих. Но сколько в этих людях света и тепла, как похожи они своей непосредственностью на больших детей.
Вновь возвращаюсь к записям М.М.Верхоланцева: « Он был очень глубокий человек: в его архиве, в его дневниках много рассуждений о смысле жизни, есть разработки и есть, так можно сказать, научного характера.
Прежде всего, это мысли о космосе, о межпланетных связях, о влиянии космических сил; тут Расцветаев перекликается с работами Циолковского и Вернадского. Рассуждает он и о предназначении человека в космическом понятии».
И ещё одна страсть Бориса Андреевича – математика.
Вот, например, записи из дневника: «1923г. 5 мая. Утром вычислял с логарифмами.
26 апреля 1928г. я не пошёл на пароход, а занялся с раннего утра черчением диаграмм. Первая – рост населения Весьегонска с 1783. Вторая - расселение населения, тоже с 1783г. Диаграммы довольно интересные, необходимо изобразить фигуры отдельных сословий в костюмах соответствующей эпохи. И я справился с этой задачей.» «Зачем?» - удивитесь вы. Борису Андреевичу всё это было ИНТЕРЕСНО! Вот названия некоторых из его многочисленных математических разработок: Ханойские башни. Искусственные астрономические системы. Бинарная прогрессия и логарифм 2. О факториале № 2-3…п! и т.д. Вам всё понятно? Мне – ничего. В его таблице «Опыт расширения границ имён числительных» - числа, превышающие миллионы и миллиарды – числа в степени, равной самой себе. Он даёт им названия. Например, десять миллионов в десятимиллионной степени, равное десяти миллиардам, - громада, десять миллиардов в десятимиллиардной степени – колоссавр, число со ста миллиардами нулей - униколоссавр.
Как же он успевал всё это делать? Секрет прост (и необычайно труден!) – организованность и самодисциплина. Чтобы реализовать свои многочисленные замыслы, Борис Андреевич постоянно проводит «ревизию» сделанного и планирует, планирует. Он постоянно неудовлетворён собой.
«Да, поработано было немало. Но я ужасно разбросался, хочу объять необъятное, множество новых и старых идей приходят мне в голову, сочинения, к ним иллюстрации. Но старые уже не хочется перерабатывать. Я устал от них, и теперь они потеряли для меня всякий смысл.. .А недоделанные мучат сознание своей незаконченностью. Сжечь, что ли, их, старые-то сочинения? Жалко! Что же у меня останется? Чем оправдывать прожитую жизнь? А и новые сочинения постигнет та же участь. Придёт время, и новые, написанные, но необработанные, они поместятся на полке вместе со старыми… Вот и все. И весь бессмысленный смысл. Какая нелепость!»
Всю жизнь ежедневно Борис Андреевич занимался спортом: метал копьё, ходил на лыжах и пешком в любую погоду. В день своего 70-летия он прошёл 70 километров! В конце жизни, уже мучимый болями , совершал свои походы, опираясь на велосипед.
В заключение мне хочется процитировать Синицину Л.А.: «Неумение заботиться о себе, о хлебе насущном, скудость и бедность быта вызывает, как правило, осуждение и насмешку, жалость и презрение обывателя. Конечно, мир не может быть населен только такими людьми, как Расцветаев». Окружающая среда, «как правило, не выдерживая тяжести неординарной личности, давит и теснит её». Чудак? Да, чудак , но «чудак самим фактом жизни утверждает, что есть «антиресы» превыше дел насущных. И стойкое служение своим личным «антиресам» придаёт этим людям значение общественного деятеля- масштаб своего рода униколоссавра». И хочется завершить моё повествование словами Солженицына о главной героине его рассказа «Матрёнин двор», заменив местоимение «она» на «он»: «Все мы жили рядом с ней и не поняли, что есть она тот самый праведник, без которого, по пословице, не стоит село.
Ни город.
Ни вся земля наша».
Вот таков этот человек, Борис Андреевич Расцветаев. В октябре этого года исполнилось 26 лет со дня ухода его из жизни.